Баракамон

Молодой каллиграф Сэйшу Ханда въезжает в старый дом на острове, где его никто не ждал. Причина ссылки проста: он двинул кулаком по лицу маститого мастера, который раскритиковал его работу. Теперь вместо токийской студии у него скрипучие половицы, вездесущие жуки и соседи, которые запросто заходят через заднюю дверь, будто так и надо. А ещё семилетняя Нару, которая объявляет его дом своим штабом и таскает за собой всей ватагой.

Казалось бы, комедия положений: городской пижон против деревенских чудаков. Но постепенно выясняется, что бесит его не шум и не грязь. Сэйшу застрял. Его каллиграфия стала правильной до тошноты, вылизанной, без единой живой черты, и он сам это знает. Каждый новый крик Нару, каждый трактор под окнами выбивает его из привычной колеи, и именно там, среди этого хаоса, он вдруг начинает видеть собственный почерк.

Главный конфликт не в том, приживётся ли он на острове. Сможет ли Сэйшу написать иероглиф, за который не стыдно, и не сбежать обратно в Токио, где всё понятно и предсказуемо? И что страшнее: провалить конкурс или остаться тем, кем он был до острова?