Орендж

Нахо приходит домой, а в почтовом ящике лежит конверт. Странный. Без обратного адреса. Внутри лист, исписанный её собственным почерком, только рука дрожала сильнее. Взрослая Нахо, которой сейчас двадцать шесть, рассказывает шестнадцатилетней себе про мальчика, который сядет за парту позади неё на следующей неделе. Про то, как он улыбается, как прячет левую руку в карман, что ест на обед. И про то, что через десять лет его рядом не будет. Не уехал, не потерялся. Другое.

Дальше письма приходят одно за другим. В них расписаны дни, реплики, случайные встречи в школьном дворе. Только вот выполнять инструкции сложнее, чем читать. Нахо тянется к Какэру, а он словно держит дистанцию, будто знает про себя что-то, чего не говорят вслух. Друзья подключаются, кто-то в шутку, кто-то всерьёз, и компания начинает жить по чужому сценарию, написанному из будущего. Одна ошибка, и всё пойдёт иначе.

А главная беда не в том, что письма могут не сработать. Главная беда в том, что взрослая Нахо молчит о самом важном. О том, что именно она сделала не так десять лет назад. Сможет ли девочка исправить чужие ошибки, если она до сих пор не знает, за что себя винит?