Сёва-Гэнроку: Двойное самоубийство по ракуго

Выйдя из тюрьмы, Ётаро точно знал, куда идти. Пока сидел, случайно услышал по радио ракуго в исполнении Якумо, историю про синигами, и всё, пропал. Пришёл к мастеру на поклон, хотя тот учеников отродясь не брал. И ведь взял. Поселил у себя, начал учить. Так бывший зэк стал подмастерьем.

Только вот в доме Якумо живёт Конацу, молодая женщина с тяжёлым взглядом. Ётаро быстро понимает: тут всё пропитано прошлым. Есть погибший отец Конацу, есть старые записи, есть недосказанность между учителем и его окружением. Каждый вечер за ужином висит напряжение, которое не смыть саке.

Ётаро рвётся на сцену, хочет рассказывать, хочет жить этим. Но чем ближе он к Якумо, тем яснее: старик чего-то не договаривает. И Конацу смотрит на Ётаро так, будто он часть чьего-то давнего долга. Что именно связывает великого ракугоку с этим парнем из тюрьмы, и какую цену придётся заплатить за право называться его учеником?