Десять лет Кадзуки берегла одну картинку в голове: мальчик из соседнего дома, с которым они носились по двору, пока его семья не уехала. Она даже признаться не успела. И вот соседи возвращаются, она бежит встречать, сердце колотится. А на пороге стоит тип, который пялится на её грудь и вообще ведёт себя как озабоченный придурок. Никакого благородного героя из воспоминаний. Просто Юдзи, который вырос и стал хуже, чем она могла вообразить.

Хуже того, родители обеих семей свалили в Южную Америку, и теперь эти двое живут фактически под одной крышей. Плюс школа общая. Кадзуки злится, Юдзи не понимает, чего она бесится, а рядом крутятся её сестра и его сестра, которые только подливают масла. И где-то под всем этим бардаком всё ещё тлеет то самое детское чувство. Только попробуй разбери, что это: старая привязанность или просто привычка.

Кадзуки пытается сохранить лицо, Юдзи даже не подозревает, что десять лет назад кто-то ждал его возвращения. И чем дольше они цапаются из-за ерунды, тем сложнее становится молчать. Что она выберет, когда наконец придётся сказать вслух: того мальчика из памяти или этого невозможного соседа?