Тацуки Фудзимото: С семнадцати до двадцати шести

Школьный двор, две курицы клюют что-то у забора. Обычное утро, пока не появляется Сасаки и не ловит животом пулю, летевшую в одноклассницу. Дальше история про любовь слепой девушки, про русалку, которая поёт так, что у слушателей лопаются барабанные перепонки, и про парня, который просыпается в чужом теле. Восемь коротких сюжетов, снятых разными режиссёрами, и каждый эпизод это ранняя работа одного мангаки, нарисованная им в семнадцать, потом в двадцать, потом в двадцать шесть.

Вот в чём фокус: это не сборник студенческих этюдов. Под наивной рисовкой и дурацкими шутками про куриц прячутся те же темы, что потом выстрелят в «Человеке-бензопиле». Отрубленные конечности, подростковая тоска, неловкий секс, сёстры, которые друг друга ненавидят и любят одновременно. P.A. Works и ещё пять студий постарались, чтобы каждая новелла звучала своим голосом: где-то тёплая пастель, где-то резкая чёрно-белая графика. Смотришь и понимаешь, откуда растут ноги у Дэнджи. Из этих набросков, из этой злости и нежности.

Но зачем автор вообще разрешил копаться в своём столе? Что он пытался доказать себе двадцатилетнему, вытаскивая на свет историю про русалку с разбитым горлом?