Умираю, Экода!

Двадцать четыре года, Токио, съёмная квартира размером с тамбур. Экода сбежала с родительской фермы от одноклассниц, которые одна за другой примеряют кольца и выкладывают фото тортиков. У самой же любовь упорно звонит не в ту дверь. Денег вечно нет, поэтому по ночам она натягивает платье и идёт работать хостес: милое личико кормит, а имена клиентов запоминаются сами, если привязать их к месту за столом. Кто справа, кто напротив, кто слишком близко.

Дома можно ходить голой. Так экономнее и по времени, и по стирке. Это не философия, просто практика. А перед сном Экода прокручивает день в голове, и мыслей там столько, что хватило бы на диссертацию. Хотя какая диссертация, когда завтра опять надо где-то раздобыть деньги.

Фокус в другом. Каждый эпизод снял новый режиссёр, со своим стилем и своей Экодой. Одна серия выглядит как набросок, другая как нечто совсем неожиданное, и ты ловишь себя на том, что следишь не только за историей, но и за тем, как её рассказывают. Так что же остаётся неизменным, когда героиню рисуют заново по десять раз?