Дочка босса и её нянька

Кирисима не привык к розовым бантикам и куклам. Он привык к другому: тёмный костюм, тяжёлый взгляд, репутация человека, с которым лучше не пересекаться. А теперь он стоит посреди детской комнаты и пытается завязать хвостики шестилетней Якудзе. Девочку зовут Якудза, и это не кличка. Так её назвал отец, глава клана. Логика простая: раз якудза, значит, и дочка якудза.

Работа нянькой оказывается сложнее, чем разборки с конкурентами. Якудза не слушается, устраивает истерики в магазине, а однажды спокойно заявляет, что хочет увидеть, как Кирисима «решает вопросы» с обидчиками в песочнице. И он идёт. Потому что приказ есть приказ. Но чем больше времени они проводят вместе, тем сильнее трещит по швам его броня. Он учится заплетать косички, варить кашу и молчать, когда нужно просто обнять. А ещё он начинает понимать: забота о ребёнке и жизнь по понятиям несовместимы.

Главный конфликт не в том, что якудза не умеет быть няней. Конфликт в том, что он слишком хорошо умеет быть якудза. Клан смотрит, босс молчит, а Якудза называет его «Кири-ни». И однажды ему придётся выбрать: остаться Демоном Сакураги или стать тем, кем его видит маленькая девочка. Что страшнее, потерять лицо перед братвой или увидеть, как она плачет, когда он уходит?